Rambler's Top100

Новости Официально Фотолетопись Слово ветеранам Хроника Пресса
Главная -- Слово ветеранам

    Боевой путь солдата Асанова

Житель Эльмуса Алексей Асанов из той когорты фронтовиков, про которых говорят: "Это не солдаты, это чудо-богатыри". Да, это так. Совершая свой бессмертный подвиг во имя свободы, они под неистовым огнем врага мужественно выдержали неслыханные тяготы, форсируя многоводные реки, преодолевая труднодоступные лесные массивы и непроходимые болота.

Уходя на войну, А. Асанов, уроженец д. Торосозеро Медвежьегорского района, не ведал, что больше ему не увидеть родную деревню. По возвращении, узнав, что она сожжена, принял решение поселиться рядом, в Эльмусе, где живет с женой Клавдией Ивановной уже 56 лет. Сюда, к нему в гости, в конце января мы приехали с Н. Васильевой, которая снимала о нем видеофильм для школьного музея. До последнего времени, пока крепкими были руки и ноги, Алексей Иванович ездил на свое любимое озеро, на берегах которого прошло его детство с родителями.
- Осенью 1941 г. из Медвежьегорска нас привезли в Ленинград, крепить оборону города, - вспоминает Асанов. - Как-то меня поставили часовым у казарм. И вдруг вижу - на предельно низкой высоте пролетает вражеский самолет, сбрасывает белые кипы листовок. Одна из них угодила прямо в туалет. А текст такой: "Ленинградские дамочки, не ройте ямочки; придут наши таночки, зароют ваши ямочки". Засыпав быстро все землей, я долго смеялся с красноармейцами над фашистом, так удачно схоронившим свою агитку. В другой раз получил благодарность от командира, когда под Стрельной уничтожили в воздухе немецкий десант парашютистов.
- Алексей Иванович, рассказывали, что Дорога жизни через Ладогу едва не стала последней в вашей жизни.
- В одном из боев меня ранило в ногу, это случилось осенью 1941 г. Идти не мог. На санках доставили в санбат. Ногу забинтовали, рана была серьезной, отправили в госпиталь. Лед на озере был еще недостаточно крепким, шофер ехал с открытой дверцей. С другими ранеными я лежал в кузове грузовика. Боже мой, что творилось! Нас то и дело бомбили. Не все перегруженные автомобили добирались до материка, тонули. Чуть не ушла под лед и наша машина. Едва выбрались на землю, как сразу повезли к ожидавшему нас санитарному поезду. Только погрузились, как появились бомбардировщики. Оказался на волосок от смерти - осколок снаряда пролетел рядышком с животом. "Ты счастливый, - сказал мне сосед по вагону, - в живых остался, осколок тебя лишь пощекотал, вокруг только щепки летели".
Когда привезли в Вологду, всех тут же отправили на санобработку. Под одеждой вши ползали размером с муравьев, под бинтами - черви. Обработали раствором марганцовки, помыли, постригли. В палатах - чистое белье, тумбочки, полные еды. Медсестра уговаривает: "Ешь", а у меня сил нет, целые сутки спал. Кормили нас сытно, на поправку пошел, нога быстро зажила.
- В госпитале не задержались?
- Какое там! Немец к Москве рвался. Приехал к нам в гости генерал, со всеми за руку здоровается, спрашивает, как наше здоровье. А мы молодые, по 20 - 22 года, чего жаловаться! Отвечаем хором: "Хорошее здоровье, товарищ генерал". "Немец под Москвой, поколотим его?" - говорит он. "Хорошо, товарищ генерал, поколотим!" - все дружно отвечаем.
Эшелон с техникой и живой силой доставили к Волоколамску. Жарко здесь было. Деревья, деревни, земля - все горело. Потери с обеих сторон были огромные. Но в том котле Алексей Иванович уцелел. Часть, в которой находился карельский пулеметчик, направили на Белорусский фронт.
- Как свидетельствуют очевидцы, - продолжаю беседу, - не менее жарко приходилось войскам и в Белоруссии?
- Пришлось ее освобождать. Перед нами поставили задачу по выкуриванию прятавшихся в лесах банд. "Алексей, - обращается на одном из привалов мой командир, - сходи поищи, нет ли поблизости воды". Взял автомат, направился к темневшей в лесу ложбинке. Вдруг еловая ветка колыхнулась, пригляделся - немец у ствола схоронился. Затвор передернул, кричу: "Руки вверх, буду пук-пук, шагом вперед", навел оружие. Фриц повиновался. Приходим, докладываю: "Товарищ командир, воды не нашел, а фрица привел".
В другой раз гитлеровец попался менее покладистый. Выполняя задание, отыскал местного жителя (им оказался престарелый дед), интересуюсь, в какую сторону ушли немцы. Не успел договорить, как у наших ног прошла автоматная очередь. Это "кукушка" решила нас убить. Вернулся за подмогой, получил приказ взять врага живым. Кричим ему: "Слезай, гад!" Ни в какую. Выход нашли - пилой начали ель пилить. Снайпер испугался, слез, но оружия не бросил. Повели на допрос, но так от него ничего и не добились...
В Польше А. Асанова опять в ногу ранило. В санбате перевязали, сказали ему: "Рана легкая, не расстраивайся, смело иди вперед". С песнями вместе с ротой наш солдат пошел вперед, песен знал много, пел от души. И теперь, во время встречи, 83-летний ветеран к радости правнучки (у него четверо детей, семеро внуков и четверо правнуков) взял балалайку, напел знакомую мелодию. Но до Берлина бравый солдат не дошел, снова был ранен. Пока лечился в трех госпиталях, война завершилась. На память о суровом времени у Алексея Ивановича остались боевые раны, орден Славы III степени да медаль "За победу над Германией".
Трудился Асанов на Гирвасском, прежде Петровском, лесопункте вальщиком, сучкорубом. Ни при каких обстоятельствах боевой солдат не хныкал (проживает с женой, как и его сын Анатолий, всю жизнь проработавший в лесу, в холодном старом щитовом доме), жизнь любил во всех ее проявлениях. Обожал природу, рыбалку. В праздники радовал родных песнями, не прочь был и выпить стопку водочки. Прощаясь, сказал:
- Все можно пережить, главное, чтобы не было войны, чтобы внуки не знали никакой Чечни.
О горячей точке Алексей Иванович знает не понаслышке, один из его любимых внуков, Роман, который нас привез на своей машине, в первую чеченскую кампанию служил в войсках федеральной правительственной связи и информации. По случаю приезда гостей хозяин надел пиджак с наградами, сфотографировался на память с женой, правнучкой Ниной, внуком Романом, работником Святнаволокского форелевого хозяйства ОАО "Кондопога", и его женой Татьяной, культоргом Гирвасского Дома культуры.
Жаль, немногим участникам Великой Отечественной войны доведется праздновать 60-летие Победы над фашизмом. Каждый из оставшихся и ныне живущих - это ограненный жизнью алмаз, образец, каким должен быть настоящий русский человек, патриот своего Отечества.

А. Карпенко
"Карелия" N27 17 марта 2005

Создано 13 апреля 2005   Отредактировано 13 апреля 2005